МНЕНИЕ: Андрей Рябов: "Перевод Нагорно-карабахского конфликта в военную стадию – самая главная угроза влиянию России на Южном Кавказе "

Какие угрозы вы усматриваете осуществлению и реализации российских интересов в Армении и Азербайджане, учитывая, что с Грузией все более или менее понятно?

Самая главная угроза для России на Южном Кавказе, - безусловно, размораживание нагорно-карабахского конфликта, и его перевода в военную стадию. Проблема в том, что Россия сегодня вынуждена сочетать тесные геополитические связи с Арменией со своими  энергетическими интересами, в которых Азербайджан как транзитная и нефтедобывающая страна играет немалую роль. Сегодня эти проблемы все более и более актуализируются для России, учитывая, что договориться по вопросу транзита энергоресурсов с нашими западными партнерами через Южный Кавказ не удается. Последним свидетельством этого стал фактический отказ Турции от участия в "Южном потоке". В то же время сам факт того, что лишь за годы президентства Дмитрия Медведева трехсторонние встречи с участием президентов России, Армении и Азербайджана проходили 6 раз говорит о приоритетности для Москвы урегулирования НКК. В этом контексте, в России считают, что в условиях отсутствия мира и взаимопонимания в регионе и возможностей для его появления в течение ближайших лет, лучшим для всех является сохранение сложившегося пост-военного статус-кво. После августовской войны 2008 года было слишком много опасений, что Россия превратится в ревизионистскую державу и начнет перекраивать границы в регионе. Но у России подобной приемлемой для всех участников региональных конфликтов идеи нет, как нет и возможностей для ее осуществления. В этом контексте, нами было принято, на мой взгляд, вполне разумное решение сохранять сложившейся статус-кво. При этом, отношения между Россией и Грузией сегодня более или менее выглядят стабильно, не имея предпосылок для нарушения ситуации сложившейся по итогам войны 08.08.08. Поэтому оснований для беспокойства в направлении возобновления НКК у России гораздо больше. Главным из них является наращивание Азербайджаном военного потенциала, формирование пусть небольшого, но собственного военно-промышленного комплекса. В России очень четко понимают, что переход статус-кво вокруг НКК в военный конфликт будет иметь очень тяжелые, возможно, непоправимые последствия для российской политики и влиянию на Южном Кавказе.             

Поговорим о причинах...

В случае возобновления карабахского конфликта, Россия как партнер потеряет свою значимость для обоих участников НКК, причем, каждого по своим причинам. Отсюда такие большие усилия Москвы и президента Медведева в направлении поддержания статус-кво, которые, очевидно, продолжит и президент Путин.

Поддерживают ли в реальности эти усилия остальные страны-сопредседатели Минской группы ОБСЕ?

У меня есть ощущение, что в последние годы в США и Европе осознали то, что у России все же есть эксклюзивные возможности для поддержания мира в регионе. И взаимодействие между Россией, США и Францией в этом контексте несколько увеличилось. При этом я не склонен верить сценариям, согласно которым Азербайджан, предоставив свою территорию для нанесения ударов по Ирану, взамен получит разрешение разрушить статус-кво сложившийся вокруг НКК. Довольно шаткие позиции президента Алиева, по крайней мере, требуют большей уверенности, поскольку ошибаться ему нельзя. Во-вторых, возобновление войны, о котором так легко говорят некоторые в Баку, связано с таким количеством рисков, которые даже нельзя просчитать, что и в интересах США, и в интересах Франции сохранение статус-кво должно стоять на  первом месте. И именно в этом плане взаимодействие с Россией резко улучшилось за последние несколько лет. В рамках этого процесса, в разных форматах России дают возможность проявлять активность для поддержания статус-кво. И саммит в Астане, прошедший в 2010 году, где практически все страны-участники и великие державы расписались в своем бессилии урегулировать НКК - лучшее тому свидетельство. Понятно, что в подобной ситуации статус-кво - лучшее решение. Понятно, что он не может сохраняться вечно, но из текущих решений он безальтернативен.

То есть, Вы не разделяете мнения, согласно которому в соперничестве с Россией за лидерство в регионе США могут разыграть иранскую карту?

Нет, я так не думаю, поскольку не являюсь сторонником возможности реализации теории так называемого "управляемого хаоса". Уровень неопределенности в глобальных событиях за последние полгода в регионе Большого Ближнего Востока и так еще более усилился за счет наступления "Арабской весны". И процесс этот углубляется и охватывает ключевую в геополитическом смысле слова страну региона - Сирию. Последствия того, что из этого всего выйдет просчитать сегодня не может никто. И в этих условиях делать ставку на "управляемый хаос" будет крайне недальновидно со стороны любых политиков любых стран, какими бы ресурсами они не обладали. Плюс к этому мировой экономический кризис, который существенно ограничил возможности сверхдержав выделять средства на осуществление внешней и главное военной политики. Поэтому мне кажется, что, по крайней мере, нынешняя администрация США не пойдет на такой риск.

Хорошо, но тогда в какую логику укладываются прошедшие и предстоящие "Арабские революции". Это были стихийные события?

Что касается "революции" предстоящей, как вы правильно заметили, в Сирии, то я допускаю, что в этом просматривается роль консервативных арабских стран, в первую очередь Катара и Саудовской Аравии. Суть всего этого в предложении США роли иного, более лучшего партнера вместо Израиля, в рамках теории, согласно которой их умеренный ислам, не чуждый идеям модернизации  - это лучше чем то, что может быть без него. В Сирии этот подход действительно просматривается, но не думаю, что он был в случае Туниса и Египта, где все началось со стихийных позиций.

А в Ливии?

Ливия тоже укладывалась в рамки  целенаправленной политики Запада. При этом, эта игра очень опасна, поскольку предугадать концовки разворачивающихся процессов крайне сложно. И возможности Европейского союза по направлению этих процессов в позитивное русло крайне ограниченны.      

Возвратимся к теме карабахского конфликта. Какой сценарий его разрешения можно прогнозировать, исходя из сегодняшних реалий?

Я сошлюсь на мнение большинства аналитиков, считающих, что угроза возобновления военной фазы НКК существует. Но, при этом, мне кажется, что рациональная позиция сверхдержав и России в том числе, позволит удерживать его в замороженном состоянии еще достаточно долгое время, даже, несмотря на стремление Баку изменить военный баланс с Арменией. Еще один конфликт на Большом Ближнем Востоке чреват чрезвычайно тяжелыми последствиями, причем, для самого широкого круга государств, а не только для стран Южного Кавказа.

Беседовал Давид Степанян

01.12.11 АрмИнфо