Перспектива продолжения правления президента Путина воспринимается по-разному в ближнем зарубежье, утверждает Бениамин Погосян в этой статье.
1 июля, после марафона, недельного процесса голосования по всем регионам России, были объявлены результаты референдума об изменениях в российской конституции. По официальным данным, явка составила около 65 процентов, и 78 процентов избирателей поддержали поправки, выдвинутые президентом России Владимиром Путиным еще в январе 2020 года.
Самая заметная мера в пакете конституционных поправок фактически проложила путь президенту Путину к участию в президентских выборах 2024 и 2030 годов в обход правила двух сроков. Президент Путин объяснил целесообразность этих поправок необходимостью сохранения стабильности. Он подчеркнул, что российская государственность еще слишком молода и подвержена ряду негативных влияний. Государственный аппарат должен сосредоточить свои усилия на решении проблем людей, а не на интригах, чтобы найти преемника г-на Путина, утверждали апологеты Кремля. Были и другие существенные изменения, в том числе решение о прекращении автоматического осуществления в России международных соглашений и конвенций, а также решений международных институтов, включая Европейский суд по правам человека. С сегодняшнего дня эти конвенции и решения будут осуществляться в России только в том случае, если они соответствуют российской конституции. Однако для иностранных партнеров и противников в России наиболее значимым результатом референдума является перспектива пребывания президента Путина в Кремле до 2036 года.
Эта вероятность определенно влияет на расчеты политики внешних игроков. Геополитические гиганты - США, Китай и, в некоторой степени, ЕС, тщательно проанализируют влияние этих изменений на их политику в отношении России и ее соседей. Однако основная тяжесть последствий любого перехода власти в Кремле или его отсутствия ложится на постсоветские государства, особенно на Украину и Грузию, которые застряли в отношениях "не мира - не войны" с Россией. Многие круги, как в Киеве, так и в Тбилиси, давно потеряли надежду договориться с путинской Россией и полюбовно восстановить свой контроль над Донбассом, Крымом, Абхазией и Южной Осетией. Совершенно очевидно, что эти государства не способны убедить Россию изменить свое отношение к ним. Еще в сентябре 2009 года тогдашний госсекретарь США Хиллари Клинтон призвала Грузию проводить политику «стратегического терпения» в отношении вопросов Абхазии и Южной Осетии. Однако спустя 11 лет западные санкции не смогли заставить Россию либо прекратить свою поддержку Донецкой и Луганской Народных Республик, либо вывести свои военные базы из Абхазии и Южной Осетии. Между тем, есть признаки усталости США и ЕС по связанным с Украиной и Грузией вопросам с Россией. Президент Франции открыто поддерживает восстановление стратегического диалога ЕС с Россией, в то время как растущее соперничество между США и Китаем ведет к переговорам о возможном стратегическом соглашении между США и Россией, которое отвлечет Россию от Китая, в то же время признавая особые интересы России на ее задворках.
В этом контексте часть украинских и грузинских сил обороны и безопасности высказала идею о том, что единственный реальный способ вернуть утраченные территории - дождаться очередного распада российского государства в результате внутриполитических беспорядков, как это произошло в 1917 или 1991 году. Они надеются, что в 2024 году борьба за власть в связи с правопреемством президента Путина между различными российскими кланами может создать внутренний хаос в России, заставить российский истеблишмент сосредоточить свое внимание исключительно на внутренних проблемах и «забыть о Донбассе, Абхазии и Южной Осетии». Согласно этой логике, ключевой задачей для Украины и Грузии является формирование сильных вооруженных сил, которые будут иметь достаточные возможности, чтобы использовать «короткое окно возможностей» и забрать свои территории, пока Россия охвачена внутренним хаосом.
Возможное пребывание президента Путина в Кремле до 2036 года явно усложняет эти планы. Конечно, ничего не исправлено, и нельзя точно сказать, что Путин будет участвовать в выборах 2024 или 2030 года. Кроме того, конституционные поправки могут лишь отложить будущий кризис, связанный с переходом власти, что может сделать его еще более опасным для российской государственности. Однако если Путин примет участие в выборах 2024 года, то, скорее всего, любые возможные внутренние потрясения в России произойдут только около 2030 года. Таким образом, по крайней мере, на ближайшее десятилетие и Украина, и Грузия могут отбросить надежды на быстрые победы и довольствоваться "стратегическим терпением ".
Возможное продление власти президента Путина повлияет на Армению и Беларусь. После распада Советского Союза Армении пришлось противостоять совместному давлению Азербайджана и Турции с помощью стратегического альянса с Россией, который позволил Армении нейтрализовать угрозы турецкого военного вмешательства в карабахский конфликт. Несмотря на недавнюю оттепель в российско-турецких отношениях, учитывая традиционное российско-турецкое стратегическое соперничество на Южном Кавказе и склонность США использовать Турцию в качестве инструмента снижения российского влияния в регионе, Армения и Россия остаются естественными союзниками в своих намерениях предотвратить рост турецкого влияния на Южном Кавказе. С этой точки зрения любое внезапное снижение российского присутствия в регионе будет иметь катастрофические последствия для Армении. Таким образом, продолжающееся пребывание президента Путина в Кремле, по крайней мере, до 2030 года, дает Армении еще одно десятилетие, чтобы лучше подготовиться к возможному выводу России с Южного Кавказа.
Российско-белорусские отношения ухудшились с 2015 года и перешли в кризисный режим в преддверии предстоящих 9 августа президентских выборов. В течение всего 2019 года Кремль оказывал давление на президента Лукашенко, чтобы заставить его согласиться на многочисленные дорожные карты российско-белорусской интеграции в рамках «Союзного государства». Лукашенко оказал сопротивление и в итоге отклонил предложение.
Некоторые эксперты, как в Москве, так и в Минске, пытались объяснить постоянные усилия Кремля по поводу намерения президента Путина стать президентом «Союзного государства» после 2024 года. В этом контексте недавние конституционные поправки в России могут уменьшить обоснование для Кремля форсировать проект «Союзное государство» и, таким образом, может считаться позитивным событием для тех, кто заинтересован в сохранении суверенитета Беларуси. Однако весьма вероятно, что российское давление на Беларусь имеет мало общего с политическим будущим президента Путина. Россия, после украинского кризиса, рассматривает Беларусь как свой последний буфер против злонамеренных действий Запада вблизи европейских границ. Кремль не может позволить себе потерять эффективный контроль над Минском. В этом контексте ускорение интеграционных процессов служит железной гарантией того, что ни нынешнее, ни какое-либо будущее руководство Беларуси не совершит разворота во внешней политике. Таким образом, конституционные поправки в России и перспектива еще одного десятилетия правления президента Путина только увеличат давление на Беларусь в целях завершения процесса интеграции с Россией.
источник: Бениамин Погосян является основателем и председателем Центра политических и экономических стратегических исследований в Ереване
фото: Владимир Путин (фото из архива)
Мнения, выраженные в комментариях и статьях, не обязательно отражают позицию commonspace.eu или его партнеров.
