В Армении очень интенсивно обсуждается возможная смена внешнеполитического курса РФ в отношении нашего региона в связи с очередной ротацией Медведев-Путин. В частности, утверждается, что Путин намного более благосклонен к Баку, чем Медведев. Прокомментируйте эту возможность.
Вероятность избрания В.В. Путина на президентский пост действительно весьма велика. Наша оппозиция намного слабее армянской: она продолжает оставаться раздробленной, не имеет популярных лидеров и не в состоянии привлечь на свою сторону весомое число избирателей. Вряд ли будет высоким и «протестный» уровень голосования, хотя для него имеется определенная основа в виде нерешенных социально-экономических, да и бытовых проблем. В такой ситуации партия власти имеет реальные шансы победить даже без активного использования административного ресурса. Можно не сомневаться, что в случае победы Путина на президентских выборах Россия продолжит играть активную роль в процессе урегулирования Карабахской проблемы, что ее позиция в данном вопросе, как и политика в целом, останется стабильной и предсказуемой. Базовые основы этой политики были заложены в середине 1990-х гг. и нет никаких оснований утверждать, что могут произойти какие-то принципиальные изменения. Основой российской политики на Южном Кавказе был и будет тесный военный и политический союз с Арменией, которая является членом ОДКБ и активно участвует в различных интеграционных проектах на постсоветском пространстве. В то же время российское руководство продолжит развивать отношения с Азербайджаном, преимущественно в экономической области. Нормализация отношений с Азербайджаном в пост-эльчибеевский период стала достижением российской дипломатии, для которой было бы крайне нежелательным иметь на своих границах еще одну такую проблемную страну, как Грузия. Жизнеспособность и взаимовыгодность наших союзных отношений основаны на совпадении государственных интересов, в первую очередь в сфере безопасности. Но при этом Армения и Россия – это независимые государства и даже при самых тесных отношениях их внешняя политика не может быть идентичной. В Москве многие хотели бы более активной поддержки со стороны Армении во многих вопросах, то же самое можно сказать о Ереване. Различия в видении многих проблем имеют место, но по принципиальным вопросам мира и безопасности в регионе позиции двух стран совпадают. Если такое положение сохранится и в будущем, то нет сомнений, что Россия продолжит оставаться надежным гарантом мирного и безопасного развития Армении.
Последние громкие отставки в Армении стали причиной появления мнений в армянском аналитическом сообществе, согласно которым президентская команда Сержа Саргсяна постепенно избавляется от пророссийских политиков в лице экс-мэра Карена Карапетяна и его тезки возглавлявшего администрацию президента. Намечается ли прозападный крен в политике Сержа Саргсяна, по Вашему мнению?
Подход к тем или иным политикам как пророссийским или наоборот очень распространен. Он представляется порочным. Пророссийскими должны быть политики России, политики же Армении, Грузии и других постсоветских государств должны исходить прежде всего из интересов своих государств и на основе этих интересов выстраивать отношения с другими государствами. Исторические и географические факторы указывают на то, что в интересах соседей России поддерживать с ней дружеские, или хотя бы нормальные отношения. Но некоторые из соседей так не считают, это их выбор. Когда то свой выбор по отношению к США и мировому империализму сделала Куба. Теперь роль кавказской Кубы играет Грузия. Можно по разному относиться к такому выбору, но важно понимать и ту историческую ответственность, которую в этом случае несет политическое руководство разных государств перед собственными народами. Если рассматривать возможность коренной переориентации политики Армении, то в настоящее время такой сценарий представляется слишком далеким от реальной жизни. Дело не в тех или иных лидерах (они неизбежно будут меняться - раньше или позже), а в той конкретной ситуации, которая определяет национальные интересы Армении. Пока реальным гарантом безопасности Армении может быть только Россия. Очень сомнительно, что в обозримом историческом будущем эту роль смогут сыграть внерегиональные державы, военно-политические блоки или международные организации (США, ЕС, НАТО, ООН, ОБСЕ и т.п.). Поэтому со стороны армянских политиков могут иметь место различного рода маневры на внутренней или внешнеполитической арене. Но отказ от российских гарантий безопасности был бы для страны столь очевидно губительным, что, по-моему, такая возможность всерьез не рассматривается, ни нынешними властями, ни оппозиционными силами.
Оцениваете ли Вы взаимную антипропаганду как вредоносное явление для нынешнего процесса урегулирования НКК. К чему она приведет стороны конфликта?
Информационно-пропагандистская война является одним из основных препятствий для мирного процесса. Помимо приемлемой для сторон формулы урегулирования должна быть еще и готовность общества отказаться от конфронтационного мышления, пойти на уступки со своей стороны. Пока же имеется лишь готовность к капитуляции противоборствующей стороны. В результате мы наблюдаем тупик в переговорном процессе и постоянную напряженность в зоне разграничения сторон. Если положение не изменится – то конфликт в его замороженном состоянии может продлиться многие десятилетия. Но нельзя исключать и вероятность его размораживания.
Бакинский режим с упорством, достойным лучшего применения, требует от посредников Минской группы, влиятельных государств и международных организаций оказать давление на Армению, чтобы Ереван принял удобный для Баку вариант Мадридских принципов. Возможно ли такое даже в принципе?
До сих пор все посредники Минской группы, влиятельные государства и международные организации были едины в том, что урегулирование конфликта должно быть достигнуто только мирными средствами и на основе взаимоприемлемого компромисса. Есть классический пример, когда давление на стороны конфликта вынудило принять неприемлемые для них условия. Речь идет о соглашении между израильтянами и палестинцами, которое было подписано под давлением администрации США. Ни к чему хорошему это не привело. Наоборот, ситуация стала куда хуже, чем раньше и продолжается вся эта история до сих пор. Очевидно, что повторение такого сценария приведет не к решению Карабахской проблемы, а к ее обострению. Дестабилизация региона противоречит интересам стран-посредников, поэтому вряд ли они проявят большую активность в плане давления на Армению или Азербайджан.
Какие возможные дивиденды принесет Азербайджану непостоянное членство в Совбезе ООН, учитывая, что все три страны-сопредседателя по урегулированию НКК в нем представлены? Глава МИД Азербайджана уже заявил о своем намерении поднять вопрос урегулирования в Совбезе. Имеет ли это намерение перспективы?
Действительно в 2012-2013 гг. руководство Азербайджана получило возможность использовать трибуну и статус непостоянного члена СБ ООН для усиления позиций на международной арене. Весьма вероятно, что Баку использует новые возможности для ведения дипломатической и информационной войны против Армении. Эта война ведется многие годы и постепенно приносит свои плоды. В Европе нет дефицита в переведенной на многие языки азербайджанской литературе, посредством которой Азербайджан внедряет собственную трактовку истории конфликта, продвигаясь в плане дискредитации Армении как государства "агрессора" и "оккупанта". Однако пока активность на этом поле не привела к односторонним уступкам, а тем более капитуляции Армении по проблеме Карабаха. Вряд ли статус непостоянного члена СБ ООН станет столь решающим, что позволит Азербайджану решить эту задачу. Если же руководство Азербайджана сумеет воспользоваться статусом непостоянного члена СБ ООН для того, чтобы подняться над конфронтационным мышлением и предложить реальные пути по укреплению доверия, преодолению негативных стереотипов и враждебности, то есть по созданию основы для решения Карабахской проблемы - можно будет говорить о реальном продвижении мирного процесса.
На днях ЮНЕСКО приняло в свои ряды Палестинскую автономию. Повышает ли этот и другие аналогичные шаги международных организаций шансы Нагорного Карабаха на международное признание?
Принцип аналогий на международной арене не работает. Недавнее признание всем мировым сообществом независимости Южного Судана никак не изменило имеющихся позиций по отношению к другим конфликтам. Так что определяющую роль по-прежнему будут играть не исторические прецеденты признания независимых государств, а другие факторы: соотношение сил противоборствующих сторон, их положение на международной арене, отношение других государств (и их интересы в регионе) и т.п. И, конечно, степень «успешности» противоборствующих сторон в решении собственных политических и социально-экономических проблем.
Беседовал Давид Степанян
АрмИнфо
