Глава МИД Грузии: "Наша страна с огромным трудом обрела независимость и никогда ею не поступится."

В среду, 14 ноября, в то время, когда премьер-министр Бидзина Иванишвили был в Брюсселе на заседании лидеров ЕС и НАТО, российская газета Коммерсант опубликовала интервью с новым министром иностранных дел Грузии, Майей Панджикидзе, в котором она подтвердила, что политика Грузии европейской и евро-атлантической интеграции это стремление грузинского народа, а не просто политика правительств Саакашвили или Иванишвили.

Интервью корреспонденту "Ъ" Георгию Двали читайте ниже:

— Вы, как и премьер Бидзина Иванишвили, считаете прозападный курс Грузии безальтернативным. Почему?

— Это выбор грузинского народа. А любая власть должна следовать воле народа. Курс на европейскую и евроатлантическую интеграцию останется неизменным по одной простой причине: человечество не придумало ничего лучше, чем демократия и хорошо развитые демократические институты. Этот курс — проявление нашей естественной тяги к Европе. Причем стремление Грузии к Европе началось не при прежней власти, а имеет многовековую традицию.

Грузия много работала на протяжении последних 20 лет для продвижения по дороге европейской и евроатлантической интеграции. Но можно было сделать гораздо больше. Прежние власти начали забывать, что ЕС — это не только экономический союз, а НАТО — не только военный альянс. И Евросоюз, и Североатлантический альянс — прежде всего объединения на основе общих ценностей: защита прав человека; демократические институты; независимость СМИ; независимый суд; развитое гражданское общество. Наши усилия будут направлены в первую очередь на укрепление демократии. В НАТО принимали и страны, не полностью отвечающие стандартам в военной сфере,— но они разделяли общие демократические ценности. Путь, который Грузия должна пройти для вступления в НАТО и ЕС, гораздо важнее самой цели, потому что успешное продвижение на этом пути позволит нам построить такую страну, о которой мечтаем,— цивилизованную, демократическую, развитую и безопасную. А вступление в НАТО и ЕС станет лишь венцом процесса.

— То есть вы считаете, что нарушение демократических норм прежней властью было главным препятствием для успеха стратегически верного прозападного курса Грузии?

— Это была одна из причин. Из-за прежней власти Грузия оказалась отброшенной назад в развитии демократических институтов.

— Можно ли совместить стремление в НАТО с желанием улучшить отношения с РФ, о чем говорит премьер Иванишвили? Многие считают эту задачу неразрешимой...

— Неразрешимых задач нет. То, что сейчас кажется невероятным, через несколько лет может оказаться вполне естественным. Вот, например, я училась в ГДР с 1979 по 1983 год. В те времена никто не мог даже представить, что Берлинская стена рухнет, а Европа объединится, как и сама Германия. Что СССР развалится, а Грузия станет независимой. Если бы тогда кто-то сказал мне, что я стану послом независимой Грузии в объединенной Германии, я бы подумала, что собеседник потерял чувство реальности. Но ведь все это произошло на наших глазах!

Наша задача (по вступлению в НАТО и улучшению отношений с Россией.— "Ъ") очень сложна, но мы будем работать над ее разрешением. Наверное, то же чувствовали в свое время страны Восточной Европы. Им был перекрыт путь в Европу, а сегодня они уже члены ЕС и НАТО. Самые безопасные границы и меньше всего проблем Россия имеет именно с этими странами. Все должны осознавать, что демократический и стабильный сосед лучше тоталитарного и непрогнозируемого. Есть множество примеров совместимости членства в НАТО и хороших отношений с Россией. Наша задача — стать очередным примером.

— Вы утверждаете, что дипотношения с Россией не будут восстановлены, поскольку она оккупирует Абхазию и Южную Осетию. Возможны ли другие форматы отношений с Москвой?

— Несмотря на то что дипотношения между нашими странами прекращены, сами отношения существуют. Во-первых, одно из проявлений — это женевский формат. Правда, в рамках него мы не достигли существенных результатов, позволяющих надеяться на разрешение основных проблем, но он существует и его надо сохранить. Во-вторых, известные решения приняты по теме вступления РФ в ВТО. В-третьих, российский бизнес имеет возможность комфортно работать в Грузии. В-четвертых, Грузия в одностороннем порядке отменила визовый режим с Россией. В-пятых, обнародована мысль об участии в сочинской Олимпиаде.

Много чего можно сделать и при отсутствии дипотношений. Так что создание новых механизмов взаимодействия — как, например, введение поста спецпредставителя премьера по отношениям с РФ не должно вызывать удивления. Связи можно выстроить и по этому каналу. Разнообразие каналов взаимодействия — важное условие для размораживания отношений.

— Но Москва ждет от Тбилиси конкретных шагов. Что еще может предпринять Грузия для улучшения отношений?

— Могу добавить: мы не исключаем привлечения международной общественности для активизации механизма взаимодействия с Россией. Роль посредника вообще очень важна, когда отношения напряжены.

Что касается конкретных шагов, о которых говорят в Москве,— это тема для дальнейших консультаций. Наш посыл конкретен, и мы, в свою очередь, надеемся получить более конкретный ответ, чем слышим сейчас.

— Россия выступает за интеграцию постсоветского пространства. Есть проект Евразийского союза, действует Таможенный союз, все еще существует СНГ, из которого Грузия вышла в 2008 году...

— Наша страна с огромным трудом обрела независимость и никогда ею не поступится. Мы придерживаемся ясного курса на европейскую и евроатлантическую интеграцию. Это необратимый процесс. Единственные объединения, куда Грузия вступит,— НАТО и ЕС. Другого пути у страны нет, ни одна власть с него не свернет.

Источник: "КоммерсантЪ"

Фото: Министр иностранных дел Грузии Майя Панджикидзе (Фото предоставлено пресс-службой Министерства иностранных дел Грузии).