Интервью с заведующим отделом по общественно-политическим вопросам Администрации Президента Азербайджанской Республики Али Гасановым.
- В последнее время вновь активно муссируется вопрос создания Конфедерации Азербайджан-Турция или Турция-Азербайджан-Грузия, или же даже Конфедерации Грузия-Азербайджан. К примеру, в своем последнем заявлении грузинским СМИ заместитель министра иностранных дел этой страны Нино Каландадзе заявила о готовности своего государства объединиться в конфедерацию с Азербайджаном. Что вы, как официальный представитель Администрации Президента, думаете об этом?
- Знаете, это не такой уж и простой вопрос. Конечно, такого рода идеи существуют, в различное время они озвучивались теми или иными политиками, и это становилось объектом обсуждений. Пример конфедерации был раньше и на Южном Кавказе. В то время, пока три южно-кавказских страны не вошли по отдельности в состав СССР, существовала Закавказская конфедерация. Аналогичные идеи высказывались и в последующие периоды.
В Европейском Союзе также высказываются идеи о том, что после того как страны Южного Кавказа решат между собой все конфликтные ситуации и объединятся в единую конфедерацию, сделают прозрачными границы, упростят свои таможенно-пропускные вопросы, вопросы въезда-выезда и др., то в будущем вполне возможна интеграция этих государств в Евросоюз.
Ведь сегодня в различных точках планеты либо применяется, либо изучается опыт конфедераций или межгосударственных объединений на примере ЕС. Такие вопросы обсуждаются, но они не просты. В случае если такие вопросы станут актуальными, то они потребуют серьезного обсуждения. Этот вопрос должен стать объектом серьезных обсуждений со стороны общественности, парламентов, общественно-политических кругов государств, необходимо определить все его положительные и отрицательные аспекты. В связи с этим сегодня невозможно однозначно сказать конкретное «да» или «нет» реализации этой идеи. Имеются идеи, ведутся обсуждения, будущее покажет, насколько эта идея верна, насколько высока вероятность ее реализации, какие положительные или отрицательные особенности она может иметь.
- Как вы считаете, если этот процесс приблизится к реализации, может ли это вызвать жесткую реакцию и давление наших северных и южных соседей?
- Я бы не хотел давать какие-то прогнозы о том, чего пока еще не существует. Пока такой вопрос нереален и не наблюдается серьезной реакции на него. Конечно, в случае реализации этой идеи определенные круги выступят, исходя из своих собственных интересов, и прибегнут к тем или иным шагам.
Например, на днях в Батуми на конференции я заявил о существовании определенных кругов и сил, незаинтересованных в наличии мира, стабильности и межнациональной дружбы между странами Южного Кавказа, желающих, чтобы эти народы и государства постоянно пребывали в конфликтном состоянии друг с другом. Однако после того как народы, нации, государства точно определят круг своих интересов и придут к конкретному решению, то внешние силы никак не смогут на них воздействовать. Поэтому я пока не хочу комментировать то, чего еще нет. Поживем, увидим.
- Говоря о внешних силах, вы подразумеваете официальные круги или какие-то силовые центры?
- Мне бы не хотелось конкретизировать их. Среди них могут быть и государства, и те или иные общественно-политические круги и группы. Например, скажем так: в каждой стране имеются различные сообщества. Существуют и националисты, и интернационалисты, имеются и те, кто интересы отдельных стран приносят в жертву своих собственных.
Есть и те, кто сегодня предлагает оккупировать весь мир и вновь разделить его между 3-4 силами влияния. То есть могут быть различные силы, но я не хотел бы конкретизировать это.
Камиль Хамзаоглу, Расим Бабаев
1news.az
